Нарвская катастрофа русской армии
21 ноября 2020 года
01:42
Нарвская катастрофа русской армии
Текст новости:


Текст со страницы (автоматическое получение):
Нарвская катастрофа русской армии
Картина А.
Е. Коцебу «Битва при Нарве». 320 лет назад шведская армия под командованием короля Карла XII разгромила русскую армию у Нарвы. Шведский король получил славу непобедимого полководца. Русские войска до Полтавы перестали воспринимать как серьёзную силу. Начало войны В 1700 году Северный союз – Речь Посполитая, Саксония, Дания и Россия, выступили против Швеции. Союзники стремились подорвать доминирующие позиции Швеции в Балтийском регионе. Момент для начала войны казался благоприятным. Великие державы Европы (Англия, Голландия, Франция и Австрия), как и возможные союзники Швеции, готовились в войне за испанское наследство. Швеция оставалась одна. Ситуация в самой Швеции была нестабильна. Казна пуста, общество недовольно. Юный король Карл XII своим поведением давал современникам основание считать его человеком весьма легкомысленным. Была надежда, что шведский монарх, увлеченный охотой и прочими забавами, не скоро мобилизует силы Швеции на отпор врагам. А в это время союзники смогут решить основные задачи, а затем приступить к переговорам с выгодных стартовых условий. Русское верховное командование планировало начать кампанию с атаки шведских крепостей Нарвы и Нотебурга. Это были две древнерусских крепости – Ругодив и Орешек, захваченные шведами. Они занимали стратегические позиции на реках Нарва и Нева, закрывая Русскому царству выход в Финский залив (Балтийское море). До начала боевых действий русский царь Пётр Алексеевич организовал сбор сведений о системе крепостных укреплений, численности гарнизонов и т.д. Одновременно Россия осуществила концентрацию войск в ближних к Швеции районах. Воеводы в Новгороде и Пскове получили указания готовиться к войне. Союзники не смогли выступить одновременно и мощно. Саксонский курфюрст должен был начать войну уже в ноябре 1699 года, но выступил только в феврале 1700 года. Москва должна была стартовать весной 1700 года, но открыла боевые действия только в августе. Август II не смог организовать внезапное нападение на Ригу. Рижский гарнизон, на фоне нерешительных действий противника, успел подготовиться к обороне. Сам саксонский и польский правитель больше развлекался, чем занимался военными делами. Его скорее интересовала охота и театр, чем война. Армия не имела средств и сил для штурма Риги, у короля не было денег на выплаты солдатам. Войска, деморализованные бездействием и отсутствием побед, роптали. Все считали, что им на помощь должна прийти русская армия. 15 сентября саксонцы сняли осаду Риги. Тем временем русское правительство ждало вестей из Константинополя. Москве нужен был мир с Турцией, чтобы начать войну со Швецией. Константинопольский мир был заключен в июле 1700 года (Константинопольский мир). Пока саксонский князь бездарно убивал время, а русский царь ждал мира с турками, шведы успели вывести из войны Данию. Весной 1700 года датская армия вторглась в герцогство Гольштейн, на стыке Ютландского полуострова и материковой Европы. На герцогство претендовали и Дания, и Швеция. Карл XII неожиданно для союзников получил помощь Голландии и Англии. Шведский флот, прикрываемый англо-голландским флотом, в июле высадил десант у датской столицы. Шведы осадили Копенгаген, пока датская армия была связана на юге. Под угрозой разрушения столицы датское правительство капитулировало. В августе был подписан Травендальский мир. Дания отказывалась от участия в Северном союзе, от прав на Гольштейн и выплачивала контрибуцию. Одним ударом Карл XII вывел из войны Данию, лишил союзников датского флота. Панорама Нарвы в середине XVIII века. Северный поход Получив известие о мире с Османской империей, Пётр приказал новгородскому воеводе начать боевые действия, вступить на неприятельскую территорию и занять удобные места. Другие войска получили указание начать движение. 19 (30) августа 1700 года Пётр объявил войну Швеции. 22 августа государь выехал из Москвы, за ним последовали и главные силы армии. Главной целью похода была Нарва – древнерусская крепость Ругодив. Войска были разделены на три «генеральства» (дивизии) под командованием Автонова Головина (10 пехотный и 1 драгунский полки – свыше 14 тыс. человек), Адама Вейде (9 пехотных и 1 драгунский полки – свыше 11 тыс. человек), Никиты Репина (9 пехотных полков – более 10 тыс. человек). Общее командование осуществлял Фёдор Головин, накануне произведённый в фельдмаршалы. Он был отменным дипломатом и хозяйственником, но талантами полководца не обладал. То есть Головин был таким же номинальным генерал-фельдмаршалом, как и адмиралом. В распоряжение фельдмаршала было дворянское ополчение – более 11 тыс. человек. В Новгороде к армии должно было присоединиться 2 солдатских и 5 стрелецких полков (4700 человек). Также ожидалось прибытие с Украины 10 тыс. казаков гетмана Обидовского. В итоге армия должна была насчитывать более 60 тыс. человек. Но ни дивизия Репнина, ни украинские казаки не поспели, поэтому армия насчитывала не более 40 тыс. человек. Фактически под Нарвой было около 30 тыс. человек, не считая конницы. Из Москвы выступил наряд (артиллерия), пополненный в Новгороде и Пскове. Артиллерия насчитывала 180–190 гаубиц, мортир и пушек. С армией двигался обоз – не менее 10 тыс. подвод. В стратегическом отношении поход на Нарву явно запоздал. Дания капитулировала. Саксонская армия вскоре отступит от Риги. То есть шведы получили возможность сконцентрировать усилия на России. Логично было перейти к стратегической обороне, готовить приграничные крепости к осаде, чтобы обескровить врага, а затем перейти в контрнаступление. Поход начался в неудачное для боевых действий время (ждали известия о мире с турками). Осенняя распутица замедляла движение полков, приближалась зима. Обычно тогда в такое время войска отсиживались на «зимних квартирах». Подвод не хватало, что замедляло сосредоточение и движение полков. Снабжение организовали плохо, не хватало провианта и фуража. Обмундирование быстро пришло в негодное состояние. Сама армия была в переходном состоянии: старые традиции разрушались, новые ещё не устоялись. Пётр строил армию западного образца, но новых полков было всего два (Семёновский и Преображенский), ещё два были частично организованы по западному образцу (Лефортовский и Бутырский). Пётр и его окружение сделали ошибочную ставку на всё западное (хотя русские столетиями били врага, как на западе, так и на юго-востоке). Обучение войск производилось иностранными офицерами, по Воинскому уставу, созданному по образцу шведского и австрийского. В командовании было засилье иностранцев. То есть армия утратила национальный дух. Это резко отрицательно сказалось на её боеспособности. Сам русский царь пребывал в плену оптимистических надежд. По свидетельству современников, Пётр Алексеевич горел желанием начать войну и разгромить шведов. Очевидно, что царь был убежден в боеспособности армии. Иначе он не повёл бы полки навстречу катастрофе. При этом боеспособность русской армии и военной реформы высоко оценивалась не только царем, но и иностранными наблюдателями. В частности, саксонский генерал Ланг и посол Гейнс. Они не скрывали своих впечатлений от Петра. После капитуляции Дании, о чём в Москве знали, Пётр имел основания приостановить поход в Ингерманландию. Чтобы организовать оборону, завершить военную реформу, улучшить снабжение и работу военной промышленности. Пётр, однако, этого не сделал. Очевидно, он переоценивал свои силы и недооценивал армию неприятеля. С другой стороны, тогда Пётр преклонялся перед «просвещённой» Европой (позднее, после ряда тяжелых ошибок, он многое изменит в своей европейской политике), хотел выглядеть перед европейским дворами человеком, который не нарушает свои обязательства. Осада Нарвы Пётр двигался в свойственной ему манере: часто круглосуточно, делая только остановки для смены лошадей, иногда и ночью. Поэтому опередил войска. Из Твери 2 гвардейских и 4 солдатских полка отбыли одновременно. В Новгород государь прибыл 30 августа, а полки – через шесть дней. После трёхдневного отдыха полки двинулись к Нарве. Дивизии Вейде, Головина и Репнина задерживались из-за нехватки транспорта (подвод). Головин прибыл в Новгород только 16 сентября, а Репнин был ещё в Москве. Поэтому концентрация сил русской армии у Нарвы проходила весьма долго (для военного времени). Передовые силы из Новгород во главе с князем Трубецким были у Нарвы 9 (20) сентября 1700 года. Крепость была сильной и там стоял гарнизон во главе с генералом Горном (1900 человек). 22-23 сентября (3-4 октября) прибыл Пётр с гвардейскими полками. 1 (12) октября подошло «генеральство» Вейде, 15 (25) октября – часть войск Головина. В результате русская армия не успела собрать все силы к приходу шведских войск. Началась инженерная подготовка местности, установка батарей и устройство траншей. 20 (31) октября стартовал регулярный обстрел крепости. Он продолжался две недели, но особого эффекта не дал. Выяснилось, что боеприпасов мало (они просто кончились за две недели стрельбы), не хватает тяжелых орудий, которые бы могли разрушить стены Нарвы. Кроме того, оказалось, что порох низкого качества, и не обеспечивает ядрам достаточной ударной силы. Тем временем шведский король, не теряя времени, посадил войска на корабли, пересек Балтику и 5 (16) октября высадился в Ревеле и Пернау (около 10 тыс. солдат). Шведы собирались идти на помощь Нарве. Карл не стал спешить и дал армии длительный отдых. Пётр направил на разведку конный отряд Шереметева (5 тыс. человек). Русская конница двигалась три дня и прошла 120 верст. По пути разгромила две небольшие передовые «партии» (подразделение, отряд) противника. Пленные рассказали о наступлении 30–50 тыс. шведской армии. Шереметев отступил и 3 ноября сообщил об этом царю. Он оправдывался зимними условиями и большим количеством больных. Это разозлило Петра, он в резких выражениях приказал воеводе продолжить разведывательный рейд. Шереметев выполнил приказ. Но сообщил о тяжелых условиях: селений, все сожжены, нет дров, вода «безмерно худа» и люди болеют, фуража нет. 4 (15) ноября шведы двинулись из Ревеля на восток. Король двигался налегке, без сильной артиллерии (37 пушек) и обоза, солдаты несли с собой небольшие запасы провианта. Шереметев имел возможности приостановить движение противника. Однако совершил ряд ошибок. Его конница имела возможности отслеживать движение врага и узнать подлинную численность вражеской армии. Но этого не сделали, более того, ввели в заблуждение главное командование (численность врага сильно преувеличивали). Конницу разбили на мелкие отряды, и разослали по окрестностям для сбора провианта и фуража. Лишись возможности угрожать врагу с флангов и тыла. Шведы же вели разведку и добились внезапности. Русские конные отряды отступили и не смогли оказать достойного сопротивления врагу. Шереметев отвёл свою рать к Нарве. Прибыл он туда 18 (29) ноября и сообщил, что по его пятам идёт шведская армия. Сражение Сам Пётр с фельдмаршалом Головиным и фаворитом Меншиковым покинул армию за несколько часов до прибытия Шереметева. Он передал главное командование саксонскому фельдмаршалу Карлу Евгению де Круа (родом из Нидерландов). Саксонский полководец прибыл с группой генералов к Петру с посланием от Августа (тот просил русские войска на помощь). Герцог де Круа, не зная обстановки, не доверяя русской армии, сопротивлялся, но Пётр настоял на своём. После победы шведы объявили, что русский царь струсил и бежал с поля боя. Очевидно, это ложь. Прежние события (Азовские походы) и будущие битвы, показали, что Пётр Алексеевич не был малодушным человеком. Наоборот, не раз показывал личную храбрость и мужество. Видимо, он считал, что до решающей битвы ещё есть время, недооценивал врага. Можно подтянуть отставшие полки, договориться с саксонским монархом о совместных действиях. Также он слишком доверял иностранному генералитету. Считал, что врага остановят и без него. Ни царь, ни его генералы ещё не сталкивались с Карлом XII, его манерой боя. Не могли предположить, что тот с ходу бросится в атаку, без разведки, без отдыха уставших солдат. Предполагалось, что шведское командование сначала проведёт разведку местности, устроит сильный лагерь и затем будет пытаться помочь гарнизону Нарвы. Русские войска располагались на заранее подготовленной позиции: ров и две линии валов на западном берегу Нарвы. На левом фланге стоял Вейде и Шереметев, в центре – Трубецкой, на правом фланге Головин. Все войска стояли в одной линии, без резервов. Боевая линия составляла около 7 вёрст, это позволяло собранным в ударный кулак вражеским полкам совершить прорыв. На военном совете Шереметев предлагал выставить заслон против крепости и вывести войска в поле, дать врагу сражение. При численном преимуществе, наличии многочисленной конницы, которая бы обошла врага (этого боялся сам Карл), и хорошей организации, план имел шансы на успех. Де Круа, не веря в войска, отказался противостоять шведам в поле. В целом и его план имел шансы на успех. Русские всегда хорошо дрались на крепких позициях. То есть если бы армия имела высокий боевой дух, порядок и уважаемых полководцев, она отбросила бы врага. Но в этот раз всё было иначе. Шведская армия вышла к русским позициям утром 19 (30) ноября 1700 года. В отличие от противника, Карл хорошо знал о численности и расположении русских. Зная, что у русских самые сильные позиции в центре, король решил сконцентрировать усилия на флангах, прорвать оборону, прижать врага к крепости и сбросить в реку. Шведов было значительно меньше, но они были лучше организованы и построены в две линии с резервом. На левом фланге в 1-й линии стояли полки Реншильда и Горна, во второй – резерв Риббинга; в центре войска Поссе и Майделя, впереди артиллерия Шёблада; на правом фланге – генерал Веллинг, за ним кавалерия Вахтмейстера. Сражение началось в 11 утра с артиллерийской перестрелки, которая продолжалась до 2 часов дня. Шведы хотели выманить русских из укреплений, но без успеха. Шведскому королю повезло и с погодой. Повалил густой снег. Видимость упала до 20 шагов. Это позволило шведам незаметно подойти к русским укреплениям и засыпать фашинами (связки хвороста) ров. Они внезапно атаковали и захватили позиции с пушками. В русских полках началась паника. Многие посчитали, что их предали иностранцы-офицеры. Солдаты стали избивать офицеров. Толпы солдат обратились в бегство. Конница Шереметева бросилась вплавь через реку. Сам Шереметев спасся, но сотни солдат утонули. Пехота бросилась на единственный понтонный мост у острова Кампергольм. Тот не выдержал большого скопления людей и разорвался. Река приняла множество новых жертв паники. А «немцы» действительно изменили. Командующий де Круа первым отправился к шведам и сложил оружие. За ним последовали другие иностранцы. Как показало сражение, даже после прорыва линии не всё было потеряно. Русские сохраняли численное преимущество и могли переломить ход битвы, отбросить врага. Большую роль могла сыграть конница, зайти в тыл к шведам (если бы не бежала). На правом фланге Семёновский, Преображенский, Лефортовский полки и примкнувшие к ним солдаты из дивизии Головина создали укрепление из возов и рогаток, яростно отбили все атаки неприятеля. Колонна Реншильда была рассеяна огнём русских гвардейцев. На левом фланге натиск врага отразила дивизия Вейде. Сам Карл прибыл на поле боя, чтобы поддержать солдат, но русские стояли. Погиб генерал Риббинг, были ранены Реншильд и Майдель. Под Карлом была убита лошадь. Ночью начались беспорядки уже в шведской армии. Часть пехоты дорвалась до обозов, устроила погром и перепилась. Шведы принимали в темноте друг друга за русских и начинали перестрелки. Карл на следующий день планировал возобновить бой. Таким образом, при наличие опытных командиров русские ещё могли достойно закончить бой. Но их не было, как и связи между устоявшими флангами русской армии. Утром следующего дня князь Яков Долгоруков, имеретинский царевич Александр Арчилович, Автомон Головин, Иван Бутурлин и Адам Вейде начали переговоры с противником. Шведы дали клятву, что русские будут свободно пропущены на другой берег Нарвы со знаменами и оружием, но без артиллерии. Ночью русские и шведские сапёры подготовили переправы. Дивизия Головина и гвардейцы ушли с оружием и знаменами. Дивизия Вейде капитулировала только 2 декабря по повторному приказу Долгорукова. Войска получили свободный проход, но уже без оружия и знамен. Потери русской армии составили около 6– 8 тысяч человек убитыми, утонувшими, замерзшими, ранеными и бежавшими. Была потеряна вся артиллерия, обоз с казной, свыше 200 знамен и штандартов. Шведские потери – около 2 тыс. человек. Нарвская катастрофа была тяжелым ударом по русской армии и державе. Её причины в военно-политических просчётах и ошибках командования. Союзников переоценили, как и свои силы, противника, наоборот, недооценили. Войну начали в неудачное время. Втянулись в плохо организованную осаду Нарвы, инициативу отдали врагу. Плохо подготовились. Разведку провалили. Доверили армию иностранным полководцам и офицерам, подорвав доверие солдат к командованию. Нарва стала отличным уроком для Петра и его окружения. Мобилизовала царя, страну и народ. Шведское верховное командование, наоборот, переоценило Нарвскую викторию. Русских по одному сражению, где сошлось сразу несколько неблагоприятных для нашей армии факторов, сочли слабым противником. Карл не стал развивать успех, а при наступлении шведов Пётр мог попросить мира. Он и его генералы решили бить и грабить Речь Посполитую. При этом сыграл свою роль и личностный фактор. Карл XII русского царя недооценил, посчитал трусом, бросившим армию. А саксонского князя презирал, ненавидел, как человека, который, по его мнению, сформировал Северный союз. Хотел наказать Августа, лишить его польской короны. Поэтому Карл повернул войска на запад. Решил, что нельзя идти на Москву, пока в тылу саксонские войска. Также против Швеции могла в любой момент выступить Речь Посполитая, которая пока воздерживалась от этого. Победа шведов в битве при Нарве. Шведский художник Густав Седерстрём.
Об этом пишет сегодня Военное обозрение .
ПЕТР, Армия, Войско, Человек, Карла
Авторизация
Автоматическая система мониторинга и отбора информации
Источник
Другие материалы рубрики